В нежном возрасте (конец 60-х) я с удовольствием ел витаминце. Витаминце имело форму крупных сладких таблеток с приятной кислинкой. Мама, давая мне витаминце, говорила, что оно очень полезное. И это был редкий случай, когда полезное было еще и вкусным.

И вот теперь выяснилось, что кругом обман и очковтирательство. А витамины нам навязывает жадная до барышей фарминдустрия.

Как Нобелевский лауреат и величайший шарлатан посадил весь мир на витамины

Зря я в младенчестве витаминце кушал.

Экспозицию минского художественного музея по ценности рискну приравнять к одной десятой Русского музея в Питере. За три часа я большим удовольствием полностью ее осмотрел. Неплохая коллекция русского искусства второй половины XIX века: Крамской, Маковский,  Васнецов, Саврасов, Куинджи, Левитан, Репин, Суриков. Трогательно писали передвижники, смотришь на картины и жалко всех изображенных: крестьян, крестьянских детей, восьмидесятилетнюю барыню и даже Христа на Тивериадском озере.

«Старый валежник», Иван Шишкин.

Целый месяц, не спеша, я читал книгу, рекомендованную Андреем Андреевичем Брызгаловым. Да, стоящая книга. Оказывается, благодаря современным генетическим и археологическим методам историю человечества можно рассматривать не только как писаную (историю письменных сообществ). Теперь можно анализировать артефакты, сохранившиеся с тринадцатого тысячелетия до нашей эры, или даже охватить период за последние сто тысяч лет. История постепенно становится точной наукой.

За книгу «Ружья, микробы и сталь» Джаред Даймонд в 1997 году получил Пулитцеровскую премию.

Я большой поклонник антиутопии «Кин-дза-дза» снятой Георгием Данелией в 1986 году. Казалось бы, наизусть ее знаю, но если наткнусь в телевизоре — всякий раз досматриваю до конца. Есть в этой киноленте что-то, заставляющее виновато согласиться: да, это про нас. Да это мы, такие гордые, буквально физически страдаем от любого унижения, и, в тоже время, готовы терпеть это унижение бесконечно долго, пока не взорвемся в яростном и бессмысленном протесте. Да, это мы с высокомерием смотрим на других, считая их отсталыми, а потом вдруг осознаем, что сами ничем не лучше всех этих дикарей с их цветными штанами. Гениальное кино.